Главная О цивилистике Цивилисты Конференции Новости цивилистики
 

Главная / Статьи / Законодательные требования к совершению сделок

Законодательные требования к совершению сделок

Библиографические данные о статье:
Егоров Ю.П. Законодательные требования к совершению сделок // Право и экономика. -2004. - № 6. С. 21 - 28.

Автор: Егоров Юрий Петрович

Источкник: Право и экономика. -2004. - № 6.

Сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. В этом определении ст. 153 ГК РФ существенным признаком сделок указывается цель достижения гражданско-правовых последствий. Для возникновения данных последствий к поведению субъектов права закон предъявляет ряд требований. Совокупность нормативных требований к сделкам образует их правовой режим. Правовой режим сделок устанавливается с целью выполнения функций сделок.

Законодатель допускает возникновение гражданско-правовых последствий не только из сделок, предусмотренных законом, но и из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему. Это означает, что в законодательстве должны определяться общие требования к сделкам. Если сделка предусмотрена законом (купля-продажа, аренда, страхование и пр.), то необходимо соблюдать общие и специальные правила ее совершения. Если сделка прямо законом не предусмотрена, то надлежит соблюдать общие требования к сделкам. Общие требования - это обязательные условия действительности совершенной конкретной сделки. Анализ законодательства в качестве таковых позволяет выделить требования к целевой направленности, к содержанию, к воле и волеизъявлению в сделках, требования к субъектам и форме сделок.

 

Цель сделки

 

Общераспространенное в литературе мнение о том, что правовая цель в требованиях к действительности сделок не имеет самостоятельного значения, не оправдывается практическими соображениями. Показателен в этом смысле пример из судебной практики.

Так, К. обратилась в суд с иском к П. о признании договора дарения квартиры недействительным. В исковом заявлении она указывала, что ответчица обещала за ней ухаживать, помогать по хозяйству и материально, но впоследствии обещаний не выполнила. В судебном заседании представитель истицы утверждала, что К. считала, что заключает договор пожизненного содержания, а не договор дарения, т.е., заключая договор, истица имела в виду договор пожизненного содержания. Районный суд в иске К. отказал, но судебная коллегия областного суда решение по делу отменила на том основании, что суд первой инстанции не уточнил обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела, не определил правоотношения сторон и закон, которым следует руководствоваться. Районный суд не выяснил, был ли заключен между сторонами договор пожизненного содержания с иждивением, который ошибочно назвали договором дарения[1]. В подобных казусах правовая цель служит критерием для отнесения заключенных договоров к договорам пожизненного содержания с иждивением. Автономность правовой цели при решении вопроса об отнесении акта поведения к тому или иному виду сделок говорит о ее самостоятельной роли в сделках.

Правовая цель сделки должна быть юридически состоятельной и фактически осуществимой. Под юридической состоятельностью понимается соответствие правовой цели требованиям гражданского законодательства, которое в идеале должно в равной мере учитывать интересы всех участников гражданского оборота. Юридическая несостоятельность может выражаться в стремлении застраховать противоправные интересы; убытки от участия в играх, лотереях и пари; расходы, к которым лицо может быть принуждено в целях освобождения заложников. По прямому указанию п. 1 - 3 ст. 928 ГК РФ страхование таких интересов не допускается, и, следовательно, стремление к достижению этой цели не согласуется с юридическими требованиями к ней.

Фактические требования к правовой цели сделки означают возможность ее реальной осуществимости. Объективная неосуществимость цели сделки исключает возможность оценки юридических требований к правовой цели сделки, и, следовательно, сделку вообще нельзя рассматривать как заключенную, как состоявшуюся. Объективным препятствием заключения сделки, т.е. препятствием, не зависящим от воли субъектов сделки при ее заключении, может быть отсутствие предмета сделки на момент ее заключения. Примером служат встречающиеся в практике случаи заключения сторонами договоров купли-продажи недвижимости при очевидном для сторон фактическом отсутствии данных объектов в действительности. При этом сторонам заведомо ясен беспредметный характер сделки. Поэтому из круга сделок не могут быть исключены соглашения под отлагательным сроком или условием, в которых, в отличие от несомненно известного факта отсутствия предмета сделки, его появление возможно при наступлении оговоренного срока или условия или когда под условием разумеется наличие данного предмета. В сделках под отлагательным сроком или условием наличие предмета сделки не исключается на момент возникновения прав и обязанностей. По этим же причинам не лишатся статуса сделок купли-продажи соглашения, предметом которых выступают вещи, созданные после заключения этих сделок. Например, договор купли-продажи жилого дома, который будет построен в будущем. Последнее обстоятельство должно быть отражено как условие договора, т.е. следует оговорить фактическую осуществимость правовой цели сделки.

В законодательстве требования к правовой цели закреплены в ст. 168 - 170 ГК РФ. Они содержат нормы о недействительности сделок, не соответствующих закону или иным правовым актам; совершенных с целью, заведомо противной основам правопорядка и нравственности; мнимых и притворных. Действия, совершенные с указанными целями, приводят к ничтожности сделок.

Вторым обязательным к соблюдению требованием к акту поведения для признания его сделкой является требование к содержанию действия. Юридические требования к содержанию сделок означают требования законности содержания, т.е. соответствия содержания сделок требованиям закона. При заключении сделки во всяком случае должны быть согласованы условия, необходимые для совершения сделки конкретного вида, и условия, которые субъекты сделки посчитали необходимыми для совершения сделки. В любом случае выбранные существенные условия сделки не должны противоречить закону. Фактические требования к содержанию сделок означают их наличие и возможность реализации субъектами сделок на момент движения правоотношений. Если фактические требования к содержанию не соблюдены, то не представляется возможным говорить о фактической осуществимости цели сделки. Как следствие - сделка не состоится.

 

Предмет сделки

 

Существенными условиями, определяющими содержание сделок, являются признанные таковыми по закону или необходимые для данного вида сделки. Необходимым для любой (поименованной и не поименованной в законе) сделки является ее предмет, т.е. благо как имущественного, так и неимущественного характера (действие, полезный результат). Предметом могут быть все те явления, которые направлены на удовлетворение потребностей участников гражданского оборота. Предмет сделки должен быть законным, т.е. не противоречащим действующему законодательству на момент заключения сделки. Если непосредственно нормой права не установлены требования к предмету сделки, то предмет должен включать в себя то благо, которое не противоречит принципам гражданского права и института сделок. Так, участки недр не могут быть проданы, подарены, заложены или отчуждены в иной форме[2]. Незавершенное строительство как объект может быть только продано, т.к. в иных случаях его регистрация не допускается[3].

Предмет сделки должен быть отчуждаемым по своей природе. Например, книга может быть договором купли-продажи, мены, дарения и пр., а право на авторское имя, хотя и регулируется нормами гражданского права, но, как неотчуждаемое по своей природе, не находится в гражданском обороте, и, следовательно, по поводу этого права совершение сделки невозможно. Неотчуждаемость предмета исключает возможность совершения сделки в отношении этого предмета.

Предмет сделки должен быть определенным ко времени исполнения. Этим достигается фактическая возможность его реализации. Так, в силу ч. 1 ст. 554 ГК РФ в договоре продажи недвижимости должны быть указаны данные, позволяющие определенно установить недвижимое имущество, подлежащее передаче покупателю по договору, в том числе данные по расположению недвижимости на соответствующем земельном участке либо в составе другого недвижимого имущества. Проблемы определенности предмета договора в части определения прав на земельный участок, занятый недвижимостью, возникают при продаже этой недвижимости нескольким собственникам. В Гражданском кодексе РФ норма, регулирующая данную ситуацию, отсутствует. Это предусмотрено в п. 4.8 Основных положений государственной программы приватизации государственных и муниципальных предприятий в Российской Федерации после 1 июля 1994 г., утвержденных Указом Президента РФ от 22 июля 1994 г. N 1535 (в последующ. ред.). В нем говорится, что в случае перехода права собственности на здание, строение, сооружение, помещение к нескольким собственникам право собственности на земельный участок переходит к указанным лицам в размере, пропорциональном долям собственности на расположенный на нем основной объект недвижимости. Раздел земельного участка в натуре между собственниками указанного объекта (расположенных в нем помещений) не допускается. Запрет натурального раздела земельного участка между собственниками в данной ситуации вполне оправдан, в противном случае образовалось бы множество мелких самостоятельных участков, требующих отдельного учета и регистрации. Возникло бы значительное число сервитутов, усложнилась бы и без того сложная процедура последующей продажи данного объекта недвижимости одному или нескольким субъектам права на стороне покупателя.

В соответствии со ст. 561 ГК РФ в договоре купли-продажи предприятия должны быть точно указаны состав и стоимость продаваемого предприятия, которые определяются на основе его полной инвентаризации. Стороны еще до подписания договора продажи предприятия должны составить и рассмотреть акт инвентаризации, бухгалтерский баланс, заключение независимого аудитора о составе и стоимости предприятия, перечень всех долгов (обязательств), включаемых в состав предприятия, с указанием кредиторов, характера, размера и сроков их требований.

Существенными условиями для сделок могут быть цена, срок, способ обеспечения исполнения сторонами их обязательств, условия о внесении вкладов в договоре простого товарищества, место представления предмета сделки или место его нахождения, время совершения сделки и т.д. Так, для договоров аренды зданий (сооружений), строительного подряда существенным условием является цена; для договора поставки - срок; для государственного контракта на выполнение работ для государственных нужд - способ обеспечения исполнения сторонами их обязательств. Отсутствие ссылки на патент либо авторское свидетельство, подтверждающее право интеллектуальной собственности на технологию изготовления красителя, послужило основанием для вывода о несогласовании условия о вкладе и признания договора простого товарищества незаключенным[4]. Место представления работы - существенный пункт конкурса. В односторонних сделках существенное значение имеет дата их совершения. Например, в силу абз. 2 п. 1 ст. 186 ГК РФ доверенность, в которой не указана дата ее совершения, ничтожна. Дата, указанная в доверенности, должна соответствовать календарному времени ее совершения. Для договора страхования существенны страховой интерес, страховой риск, страховая сумма и срок договора; для договора доверительного управления имуществом - состав имущества, передаваемого в доверительное управление, наименование юридического лица или имя гражданина, в интересах которых осуществляется управление имуществом, размер и форма вознаграждения управляющему, если эта выплата предусмотрена договором, и пр.

Законность содержания как юридическое требование к содержанию - это, во всяком случае, непротиворечие подлежащих согласованию существенных условий сделки требованиям закона. Границы законности содержания определяются непротиворечием существенных условий требованиям закона. При нарушении предписанных нормативных требований к существенным условиям сделок законодатель дезавуирует акт поведения как сделку.

Дефектность направленного на желаемый правовой результат волеизъявления проявляется при несоблюдении требований к воле и волеизъявлению в сделках. Правом оценивается уже изъявленная воля. Поэтому режимные требования к воле и волеизъявлению сводятся к юридической оценке изъявления воли. Фактическое требование к волеизъявлению предполагает его наличие при совершении сделки, и, следовательно, без волеизъявления беспредметны любые суждения о сделках. Это третье требование к действительности совершенной сделки означает, что дефектность направленного на желаемый правовой результат волеизъявления может проявляться и непосредственно в виде степени определенности волеизъявления.

Волеизъявление должно быть не только выражено, но и доступно пониманию. Внутренняя воля субъекта сделки не должна формироваться на порочных обстоятельствах. В свою очередь, волеизъявление должно ей соответствовать, правильно отражать внутреннюю волю. Требования, позволяющие оценить реализацию подлинных намерений субъекта сделки при ее совершении, содержатся в определениях понятий отдельных видов сделок. Они проявляются в нормах о недействительности мнимой и притворной сделок, сделок, совершенных под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя одной стороны с другой стороной. Содержатся они и в нормах о кабальных сделках или сделках, совершенных с превышением полномочий, в нормах о сделках, совершенных гражданином, не способным понимать значение своих действий или руководить ими, и совершенных под влиянием заблуждения. Юридические требования к волеизъявлению, по сути, содержат требования к процессу формирования воли.

 

Удостоверение и регистрация сделки

 

Для удостоверения в совершении сделки и облегчения последующего контроля за ее исполнением законодатель устанавливает обязательную, т.е. конститутивную, форму сделок, несоблюдение которой влечет их недействительность. Анализ действующего законодательства позволяет выделить три разновидности несоблюдения конститутивной формы сделки. Первая предполагает несоблюдение письменной формы, в соответствии с законом влекущее за собой недействительность сделки. Законодатель устанавливает недействительность соглашений об обеспечении исполнения обязательств при несоблюдении письменной формы залога, поручительства и соглашения о неустойке. Под страхом недействительности закон требует письменную форму договоров продажи недвижимости; продажи предприятия; дарения, содержащего обещание дарения в будущем, или дарения, в котором дарителем является юридическое лицо и стоимость дара превышает пять установленных законом минимальных размеров оплаты труда; банковского вклада; страхования, за исключением договора обязательного государственного страхования; доверительного управления имуществом; коммерческой концессии; кредитного договора и некоторых других.

Вторая разновидность несоблюдения конститутивной формы сделки - несоблюдение простой письменной формы внешнеэкономической сделки, влекущее ее недействительность. Ранее действовавшая норма о совершении внешнеэкономической сделки, устанавливающая необходимость подписи ее двумя лицами, в настоящее время утратила силу. Однако если уставом юридического лица это правило предусмотрено, то для действительности такой сделки требуется и соблюдение письменной формы, и наличие двух подписей. Если простая письменная форма не соблюдена, то согласно п. 3 ст. 162 ГК РФ внешнеэкономическая сделка недействительна, а именно ничтожна, т.к. противоречит публичному интересу и требованию закона.

Третья разновидность несоблюдения конститутивной формы сделки - несоблюдение нотариальной формы сделки, если необходимость нотариального ее удостоверения предусмотрена законом. Нотариальное удостоверение сделок в соответствии с п. 2 ст. 163 ГК РФ обязательно в случаях, указанных в законе, и в случаях, предусмотренных соглашением сторон, даже если по закону для сделок данного вида эта форма не требуется.

По прямому указанию закона нотариальное удостоверение необходимо для сделок, представляющих имущественный интерес длительного характера или затрагивающих иные значимые для субъекта интересы.

Например, нотариальному удостоверению подлежат доверенность на совершение сделок, требующих нотариальной формы, и доверенность, выдаваемая в порядке передоверия, за исключением предусмотренных законом случаев. Нотариального удостоверения требуют ипотека, залог движимого имущества или прав на имущество в обеспечение обязательств по договору, который должен быть нотариально удостоверен; рента; уступка требования, основанного на сделке, совершенной в нотариальной форме; перевод долга, основанного на сделке, совершенной в нотариальной форме; соглашение об изменении или о расторжении договора, заключенного в нотариальной форме, если из закона, иных правовых актов, договора или обычаев делового оборота не вытекает иное; завещание.

Ныне в законодательстве широкое распространение получило требование о государственной регистрации сделок. Она обязательна для любого договора с недвижимостью (ст. 131 ГК РФ).

Государственная регистрация требуется для дарения недвижимого имущества; продажи предприятия, жилого дома, квартиры, части жилого дома или квартиры; отчуждения недвижимого имущества под выплату ренты; аренды недвижимого имущества, здания или сооружения, предприятия; передачи недвижимого имущества в доверительное управление; коммерческой концессии. Несоблюдение требования о государственной регистрации в соответствии с п. 1 ст. 165 ГК РФ влечет недействительность сделки.

Конститутивное значение форме могут придать и субъекты сделок. Тогда она будет считаться одним из существенных условий сделки, невыполнение которого однозначно говорит о том, что акт поведения не обретает качества сделки. Если законодатель разрешает придавать обязательное значение форме сделки, установленной по соглашению сторон, то требование о государственной регистрации как форма сделки не может быть установлено соглашением сторон. Стороны не вправе требовать регистрации сделки с имуществом, для которого закон не предусматривает государственную регистрацию.

Основная масса норм права о сделках носит со стороны законодателя рекомендательный характер о заключении сделки в той или иной форме. В статье 159 ГК РФ указано, что сделка, для которой законом или соглашением сторон не установлена письменная (простая или нотариальная) форма, может быть совершена устно. Если иное не установлено соглашением сторон, могут совершаться устно все сделки, исполняемые при самом их совершении, за исключением сделок, для которых установлена нотариальная форма, и сделок, несоблюдение простой письменной формы которых влечет их недействительность.

Отдавая предпочтение словесной, в том числе письменной, форме сделок, законодатель способствует становлению определенности гражданского оборота. Закон рекомендует письменную форму для сделок юридических лиц между собой и с гражданами; для сделок граждан между собой на сумму, превышающую не менее чем в 10 раз установленный законом минимальный размер оплаты труда, а в случаях, предусмотренных законом, - независимо от суммы сделки. Вместе с тем при несоблюдении указанных рекомендаций недействительности сделки не наступает, стороны в случае спора лишаются права ссылаться в подтверждение сделки и ее условий на свидетельские показания, но могут приводить письменные и другие доказательства. Тем самым законодатель стремится осуществить контроль за совершением сделок, не искажая их сути.

Субъект сделки должен быть персонифицирован. На практике это требование нередко нарушается: неточно именуется участник сделки, неверно указывается место его нахождения и т.д. Причем неточное наименование участника сделки не означает умысла, как, например, в случае признания недействительным договора купли-продажи лицом, не являющимся собственником квартиры, без согласия надлежащего собственника, который не изъявлял желания отчуждать квартиру, но тем не менее был незаконно из нее выписан[5]. При отсутствии умысла допущенные ошибки, если их устранение возможно без нарушения прав и интересов третьих лиц, могут быть исправлены путем соответствующих уточнений. Это позволяет сбалансировать публичный и частный интересы. Если допущенная ошибка повлекла причинение ущерба третьим лицам, то неблагоприятные имущественные последствия, связанные с неточной персонификацией участника сделки, в соответствии с принципами гражданского права должны возлагаться на этого участника.

В ряде случаев требования к определенности субъекта сделки устанавливаются законодательством. В силу п. 2 ст. 1041 ГК РФ сторонами договора простого товарищества, заключаемого для осуществления предпринимательской деятельности, могут быть только индивидуальные предприниматели и (или) коммерческие организации.

В связи с нарушением этого требования закона арбитражный суд признал ничтожным договор о совместной деятельности между Новосибирской автомобильной школой РОСТО и обществом "Водолей-Н" об эксплуатации автозаправочной станции на взаимовыгодной основе. Основанием послужило то, что автомобильная школа РОСТО является некоммерческой организацией[6]. По другому делу арбитражный суд признал ничтожной сделку о переуступке должника кооператива "Эврика", по которому общество Торговый дом "Ониктава" становилось кредитором кооператива. Основанием явилось то, что в соответствии со ст. 819 ГК РФ кредитором по обязательству, возникшему из кредитного договора, может выступать только банк или иная кредитная организация, а Торговый дом "Ониктава" таковой организацией не является[7].

Требования к правосубъектности субъектов сделки законодателем определяются в зависимости от видов их участников. Применительно к юридическим лицам эти требования изначально означают признание за организацией статуса юридического лица. Так, отсутствие факта регистрации общества с ограниченной ответственностью в качестве юридического лица обоснованно повлекло ничтожность заключенного этим обществом договора купли-продажи акций[8].

Согласно ст. 173 ГК РФ может быть признана недействительной сделка, совершенная юридическим лицом в противоречии с целями деятельности, определенно ограниченными в его учредительных документах, либо юридическим лицом, не имеющим лицензии на занятие соответствующей деятельностью. При этом должно быть доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о ее незаконности. Отсутствие последнего условия исключает возможность признания недействительности сделки. Именно поэтому по одному из дел Президиум ВАС РФ не согласился с решением суда о признании недействительными в связи с отсутствием лицензии у страховой компании "Инко-Центр" 38 заключенных этим обществом договоров добровольного медицинского страхования[9].

Указанные требования законодателя являются требованиями соблюдения специальной правоспособности. Это так называемые внеуставные сделки. Как правило, их совершают некоммерческие организации и унитарные предприятия. Определяя пределы юридически признаваемого в качестве сделок поведения для юридических лиц, норма ст. 173 ГК РФ отражает регулятивную функцию сделок. Устанавливая возможность индивидуального регулирования поведения юридических лиц в гражданском обороте, законодатель очерчивает его границы видами деятельности, определенно перечисленными в учредительных документах, либо видом деятельности, требующим лицензии для ее совершения. Лицензия может быть получена, если учредительными документами соответствующий вид деятельности предусмотрен. Поэтому в ряде случаев основанием недействительности могут выступать одновременно и факт противоречия целям деятельности, и факт отсутствия лицензии на эту деятельность.

Коммерческие организации, за некоторым исключением, обладают общей правоспособностью и могут совершать любые не запрещенные законом сделки. Характерно то, что противоречие целям деятельности юридического лица как основание недействительности сделки не должно трактоваться чрезмерно узко, ограничиваться основными функциями юридического лица. Подтверждением тому является норма, позволяющая некоммерческим организациям заниматься предпринимательской деятельностью для достижения целей, ради которых они созданы.

Данный подход законодателя может быть положен в обоснование позиции о необходимости использования в праве категории сделкоспособности применительно к юридическим лицам как самостоятельной правовой категории, не дублирующей правосубъектность и не сводимой к ней, а акцентирующей внимание на особенностях правового режима совершения сделок юридическими лицами. Правосубъектность устанавливается законом и не зависит от самого юридического лица. Напротив, сделкоспособность как возможность самостоятельного совершения сделок, предопределенная признанием юридического лица субъектом права и социально-экономической готовностью совершения конкретной сделки, предполагает усмотрение юридического лица на заключение в принципе любых сделок. Пределы заданы лишь явным противоречием совершаемой сделки характеру деятельности юридического лица. Между тем характеру деятельности юридического лица будут отвечать не только сделки, непосредственно соответствующие целям деятельности юридического лица, но и сделки, в той или иной степени содействующие этим целям (сделки в интересах членов коллектива юридического лица, не противоречащие требованиям финансового и налогового законодательства; спонсорская помощь; сделки предпринимательского характера для реализации уставных целей некоммерческой организации и пр.). Тем самым сделкоспособность свидетельствует о том, что конкретные правомочия юридических лиц в гражданском обороте шире предмета их уставной деятельности.

Подтверждением стремления законодателя к расширению правомочий юридического лица служит ст. 174 ГК РФ. Согласно ей недействительность сделки, совершенной органом юридического лица с превышением полномочий, может наступить лишь в том случае, если другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о таких ограничениях полномочий. Если другая сторона в сделке не знала или заведомо не должна была знать об имевших место ограничениях на совершение сделки, то сделка, хотя бы и совершенная с нарушением правил о правоспособности, будет считаться действительной. Изложенное означает, что законодатель постулирует дефектность сделки в связи с нарушением требования о специальной правосубъектности юридического лица лишь в том случае, когда это обусловлено природой юридического лица как правового явления. Этим объясняется и констатация недействительности сделок юридического лица, не имеющего лицензии на занятие соответствующей деятельностью. Требования о лицензировании распространяются также на сделки граждан-предпринимателей, т.к. в соответствии с п. 3 ст. 23 ГК РФ к предпринимательской деятельности граждан, осуществляемой без образования юридического лица, применяются те же правила, которые регулируют деятельность юридических лиц, являющихся коммерческими организациями.

Как известно, виды деятельности, подлежащие лицензированию, могут быть установлены только законом. Например, ст. 11 Закона РФ "О недрах" установлено, что лицензия нужна для получения права пользования недрами; ст. 9 Воздушного кодекса РФ предусматривает перечень подлежащих лицензированию видов деятельности в области авиации и т.д. Применительно к отдельным договорам необходимость получения лицензии предусмотрена в самом Гражданском кодексе РФ. Так, в соответствии со ст. 845 ГК РФ кредитные организации должны иметь лицензию для заключения и исполнения ими договора банковского счета. Согласно ст. 938 ГК РФ страховщикам нужна лицензия на осуществление страхования соответствующего вида и пр.

Юридическое лицо считается не имеющим лицензию, если она им не получена, либо отозвана органом, ее выдавшим, либо окончился срок ее действия.

При отсутствии на момент совершения сделки требуемой лицензии субъект права не должен заключать сделку и, как следствие, заниматься соответствующей деятельностью. Наличие лицензии на момент спора свидетельствует о правомочности лица на совершение подобной сделки при условии, что вопрос о ее получении был поставлен стороной в сделке до момента ее заключения. В противном случае отсутствие правовой возможности признания недействительности сделки по данным основаниям будет противоречить интересам другой стороны в сделке.

Российская Федерация, ее субъекты и муниципальные образования как субъекты сделок вправе совершать разнообразные сделки, кроме противоречащих самой природе этих публичных образований. Например, они не могут завещать имущество, заключать договор коммерческой концессии и пр. При совершении сделок к этим субъектам права по общему правилу применяются нормы, определяющие участие в гражданском обороте юридических лиц. Особенность состоит в том, что от имени Российской Федерации, ее субъекта приобретают и осуществляют права органы государственной власти, а от имени муниципального образования - органы местного самоуправления. И те и другие органы действуют в рамках своей компетенции, которая установлена актами, определяющими статус соответствующего субъекта.

Вместе с тем практике участия этих субъектов в гражданском обороте известны случаи, когда из-за несогласованности действий должностных лиц по передаче полномочий ставится под сомнение подписанный должностным лицом договор. Так, мэр города своим постановлением делегировал часть полномочий по заключению договоров своему первому заместителю. При продлении срока аренды земли по договору с коммерческой структурой первый заместитель мэра ошибочно вышел за рамки переданных ему полномочий и пролонгировал договор[10]. В такой ситуации следует применять ст. 174 ГК РФ. Вопрос о дефектности договора может быть поставлен лишь в случае, если будет доказано, что коммерческая структура знала или заведомо должна была знать об объеме полномочий первого заместителя мэра.

Требования к правосубъектности физических лиц предопределены их интеллектуальной и волевой зрелостью. Это обусловило специфику предъявляемых к физическим лицам режимных требований, закрепленных в ст. 171, 172, 175 - 177 ГК РФ. По общему правилу сделкоспособным признается полностью дееспособный субъект гражданского права. Однако в силу п. 1 ст. 177 ГК РФ может быть признана недействительной сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими. Наличие в законе данных норм вполне обоснованно. Известные требования к уровню дееспособности базируются на том, что возрастной критерий, снижающий объем дееспособности физического лица, очевиден и не подлежит специальной констатации. Поэтому устанавливаются определенные объемы дееспособности малолетних и несовершеннолетних. Медицинский критерий для признания лица ограниченно дееспособным или недееспособным должен быть зафиксирован в судебном решении, и этот факт вызывает соответствующие правовые последствия. Между тем в жизни возможны ситуации, когда субъект не понимает значения своих действий или не может руководить ими, не будучи признанным ограниченно дееспособным или недееспособным. Это, во-первых, душевнобольные, не могущие понимать значения своих действий или руководить ими, но не признанные по суду недееспособными. Во-вторых, лица, находящиеся временно в таком состоянии в силу функциональных расстройств психики (болезнь, алкогольное, наркотическое или токсическое опьянение и пр.). Отсутствие данной нормы привело бы к тому, что сделки с указанными субъектами характеризовались бы волевой порочностью и не обеспечивали бы равновесия интересов.

Так, суд обоснованно удовлетворил исковые требования Л. о признании недействительными доверенности, выданной С. на продажу квартиры и покупку дома в сельской местности, и заключенных С. договоров продажи квартиры и покупки дома. Основанием послужило то, что при рассмотрении дела, в том числе и по результатам проведения судебно-медицинской экспертизы, было установлено, что Л. в момент совершения сделки в силу своего состояния не понимала значения своих действий[11].

Соблюдение вышеперечисленных требований закона к участникам сделок означает, что сделка как юридический факт признается юридически действительной. При этом сделка выполняет не только функцию оснований возникновения, изменения или прекращения гражданских прав и обязанностей, но и регулирующую функцию. Регулирующая функция позволяет участникам сделок в установленных законом пределах создавать желаемые права и обязанности и исполнять их. Тем самым, действуя своей волей, участник гражданского оборота реализует свои социально-экономические интересы. Ценность сделок в том и состоит, что они выступают теми немногочисленными правовыми конструкциями, которые позволяют индивидуальную волю преобразовать в плоскость юридически значимых решений. Этим и объясняется широкое использование сделок как правовой категории в гражданском обороте.



[1] Архив Новосибирского областного суда. Дело N 2-623/02.

[2] См.: Закон РФ от 21 февраля 1992 г. N 2395-1 "О недрах" (в ред. от 3 марта 1995 г., 10 февраля 1999 г., 2 января 2000 г.).

[3] См.: Федеральный закон от 21 июля 1997 г. N 122-ФЗ "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним".

[4] Архив Арбитражного суда Новосибирской области. Дело N А45-11782/01-КГ 31/311.

[5] Архив Кировского районного суда г. Новосибирска. Дело N 978-97.

[6] Архив Арбитражного суда Новосибирской области. Дело N А45-12952/02-КГ 7/609.

[7] Там же. Дело N А45-12786/01-КГ 8/365.

[8] Постановление Высшего Арбитражного Суда РФ от 5 ноября 2002 г. N 5220/02.

[9] См.: Постановление Президиума ВАС РФ от 14 июля 1998 г. N 1173/98 // Вестник ВАС РФ. 1998. N 11. Извлечение. В кн.: Споры о признании сделки недействительной: Сборник документов / Под ред. Тихомирова М.Ю. М., 2000. С. 160 - 162.

[10] Архив прокуратуры г. Новосибирска. 1999. Дело N 13.

[11] Архив Железнодорожного районного суда г. Новосибирска. 2000. Дело N 31-2320.

 

Добавлено: 2010-09-26

 

Комментарии

Внимание! Комментарии могут добавлять только зарегистрированные пользователи! Вам необходимо авторизироваться через панель авторизации, которая находится справа. Если Вы еще не зарегистрированы, то, пожалуйста, пройдите регистрацию.

 


Правовая газета Статус

Совершенствование гражданского законодательства



Обновление: 09.07.2015



Система Orphus

 

УрО РШЧП

 

 

Советы по макияжу для женщины-юриста  

 

 

© 2014. Вербицкая Ю.О.

Rambler's Top100