Главная О цивилистике Цивилисты Конференции Новости цивилистики
 

Главная / Статьи / Волевой процесс в сделке

Волевой процесс в сделке

Библиографические данные о статье:
Егоров Ю.П. Волевой процесс в сделке // Российский юридический журнал. - 2004. - №4. С. 85-91.

Автор: Егоров Юрий Петрович

Источкник: Российский юридический журнал. - 2004. - №4.

Сделка в социальной действительности представляет собой гражданско-правовое явление. Право упорядочивает существующие общественные отношения, поэтому при анализе сделок в первую очередь необходимо выяснять их социальную составляющую. Легальная дефиниция сделок указывает на то, что в их основе лежат действия. Будучи единицей деятельности, действие выступает как «произвольная преднамеренная опосредствованная активность, направленная на достижение осознаваемой цели»[1].

Результаты предметного исследования действия в психологии позволяют рассмотреть его структуру. Потребность отражается в сознании в виде смутного влечения, которое либо угасает, либо, когда представленная в нем потребность осознается, превращается в конкретное желание[2]. Желание как осознанная потребность разной степени интенсивности выступает основой для мотивации действия. В реальной действительности для лица характерно наличие нескольких влечений и желаний. Различные влечения приводят к возникновению взаимоисключающих желаний. Это вызывает борьбу мотивов. Неизбежен выбор, в ходе которого формируется окончательная цель, которая никогда не становится изначально полностью данной. Формирование цели ведет к принятию решения, которого, однако, еще недостаточно для выполнения поставленной задачи. Необходимо выбрать способы и средства достижения цели с учетом окружающей реальной действительности. Лишь после этого начинается практическое осуществление принятого решения.

Процесс совершения действия на каждом этапе опосредуется волей. Чтобы выяснить роль воли по отношению к действию, нужно обратиться к самой проблеме воли. Детерминизм воли с позиции материального субстрата надлежит рассматривать в аспекте ее физиологических механизмов. Человек - система саморегулирующаяся, самосовершенствующаяся и саморазвивающаяся. Этот вывод стал для академика И. П. Павлова базой для понимания физиологических основ воли и создания учения о двух сигнальных системах[3]. Вторая сигнальная система (система речевых сигналов) присуща только человеку. Она действует на первую, дающую

--85--

информацию непосредственно от окружающей среды. Непосредственные раздражители воспринимаются человеком не как биологические сигналы к действию, а как социальные раздражители, имеющие словесное обозначение. Они побуждают к действию не непосредственно, а через осознание общественных отношений, в которых человек участвует.

Исследования А. В. Запорожца и других ученых привели к выявлению ряда закономерностей в развитии первой и второй сигнальных систем. Было установлено, что «слово связывается с ответными исполнительными реакциями не непосредственно, а через определенные психические процессы и состояния, и лишь через их посредство, внося в них специфические изменения, оказывает влияние на двигательное поведение человека»[4]. Исследования функций второй сигнальной системы дают основание для вывода о существовании у человека особого физиологического механизма, обеспечивающего регулирование поведения с помощью сознательно-волевых импульсов. Через речевые сигналы человек может подавлять ненужные в данный момент психические состояния и вызывать нужные.

Воля - результат работы мозга, но нельзя считать ее результатом непосредственно физиологических процессов. Между физиологическими и психическими процессами имеют место «функциональные объединения», «своеобразные органы, специфические отправления которых и выступают в виде проявляющихся психических способностей или функций»[5].

Классификация определений воли в психологической литературе была предпринята М. М. Филипповым. К первой группе он относит определения, в которых исходным признаком воли считается осознанный характер действий. Вторую составляют определения, подчеркивающие способность человека регулировать свои действия. В третью входят определения, в которых базовым признаком воли полагается активность, действенное начало, проявление усилий, преодоление трудностей[6].

• Воля — это «та сторона психической деятельности, которая получает выражение в ее сознательных действиях и поступках, направленных на достижение поставленных целей»[7], это «сознательная целеустремленность человека на выполнение тех или иных действий»[8]. В данных определениях воля характеризуется как одна из форм активного отражения реальной действительности.

А. И. Щербаков именовал волей «способность избирательно реагировать на внешние воздействия»[9]. Воля — «способность человека, проявляющаяся в самодетерминации и саморегулировании им своей деятельности и различных психических процессов»[10]. «Воля, — писал В. И. Селиванов, — сознательное регулирование человеком своего поведения и деятельности, выраженное в умении преодолевать внут-

--86--

ренние и внешние трудности при совершении целенаправленных действий и поступков»[11]. О воле как о преодолении трудностей говорит С. М. Ковалев[12].

Приведенные дефиниции свидетельствуют о многогранности характеристики воли. В них отражены разные стороны рассматриваемого явления. Вместе с тем из сказанного следует вывод, что роль воли по отношению к действию заключается в осознанной способности регулировать действие, проявляя определенное усилие. Будучи регулирующей стороной сознания, воля способствует осуществлению уже начатого действия, позволяет человеку управлять своим поведением в ходе его реализации. Это постоянный и единый психический процесс, обеспечивающий все стадии осуществления действия и образующие их элементы. «Многообразие всех ситуаций, требующих срочной волевой регуляции ... можно свести к трем реальностям, в основе которых лежит необходимость: восполнения дефицита побуждения к действиям при отсутствии их достаточной мотивации; выбора мотивов, целей, видов действия при их конфликте; произвольной регуляции внешних и внутренних действий и психических процессов»[13]. Воля проявляется в действии, а значит, ее суть состоит в регулирующей функции.

Такая характеристика воли применима не только к физическим лицам, но и к другим субъектам права, ибо воля последних выражается в действиях их органов и представителей. В свою очередь органы и представители юридических лиц, РФ, ее субъектов и муниципальных образований, по сути, представляют собой не что иное, как сообщества людей. Именно их наличие в правоотношениях определяет необходимость изучения воли в праве во всех ее проявлениях, включающих и физиологический, и психический аспекты.

Волевые действия могут быть умственными, физическими и речевыми. При выявлении круга действий, образующих сделки, нужно учитывать специфику права. Право же по своей природе может опосредовать только те феномены, которые выражены вовне и воздействуют на социальные отношения. Умственными надлежит считать действия, «выполняемые во внутреннем плане сознания без опоры на внешние средства, в том числе слышимую речь»[14]. Оказывать непосредственное воздействие на общественные отношения умственные действия не могут. Это воздействие может быть лишь объективированным результатом умственных действий, которые как таковые не могут лежать в основе совершения сделок.

Физические действия состоят из целенаправленной совокупности воздействующих на общественные отношения движений. Для речевых действий характерно использование языка, позволяющего выражать вовне волевые намерения субъектов права. Причем действия физические и речевые могут быть как индивидуальными, так и межсубъектными. Последние представляют собой совокупность индивидуальных действий, образующих качественно новое состояние. Межсубъектные и индивидуальные физические и (или) речевые действия - социальная основа формирования сделок, которая выражается в различных формах. Так, согласно п. 2 ст. 434 ГК РФ договор может быть заключен путем составления одного документа, подписанного сторонами, а также путем обмена документами посредством почто-

--87--

вой, телеграфной, телетайпной, телефонной, электронной или иной связи, позволяющей достоверно установить, что документ исходит от стороны по договору.

Итак, действия по своей природе выступают регуляторами социальных связей. Выделяя и опосредуя правом регулирующие характеристики действия, законодатель формулирует существенные признаки сделок. Совокупность признаков, необходимых для признания за действием качества сделки, - юридический состав сделок, в котором обязательно должны найти отражение существенные признаки самого действия как социально значимого акта поведения. Их наличие суть неотъемлемое свойство, атрибут состава сделки. Право через признаки юридического состава призвано придать этим признакам существенное значение, ибо в противном случае будет утрачена социальная основа сделок и как следствие понятие сделок превратится в правовую иллюзию.

Другая группа признаков, свойств юридического состава сделки образуется взаимодействием элементов сделки, порожденных теми свойствами действия, которые намеренно опосредуются правом, придающим им правовое значение. При установлении второй группы признаков законодатель пользуется определенной свободой выбора, которая, с одной стороны, ограничена количественными характеристиками элементов действия и его свойствами, а с другой - сущностью права как социального феномена, обеспечивающего формальное равенство и справедливость в общественных отношениях.

В первой группе свойств состава сделки отражаются воля, цель и их изъявление. Воля опосредует все элементы социально значимого поведения, в том числе цель действия и процесс его исполнения. Вместе с тем воля как качественно своеобразное явление не сводится к образующим ее компонентам. Воля и данные компоненты соотносятся как целое и часть. Самостоятельное психическое значение воли отнюдь не исключает того, что единственной возможностью дать знать о ее содержании является выражение ее вовне. «Но воля есть внутренний психический процесс, который сам по себе для посторонних лиц неуловим; для того, чтобы воля одного лица могла послужить основанием для соглашения с другим, необходимо, чтобы она была проявлена в каких-нибудь внешних знаках (словах, письме, действии), которые давали бы возможность судить о ее наличности»[15]. Поэтому при исследовании состава сделки необходимо иметь в виду, что волевой момент выражается через те компоненты воли, которые каким-либо образом объективируются в социальной действительности. Таковы цель и изъявление воли. Наличие их как атрибутов социального состава сделки характеризуют ее субъективную и объективную стороны и позволяют законодателю сформировать признаки состава сделок. Таким правовым статусом наделяется не всякие цель и изъявление воли в социально значимом действии, а именно те, которые ориентированы на правовой результат, на использование правовых средств для его достижения. Субъективные намерения лица и действия по их реализации обретают правовую форму путем придания им статуса юридически значимых обстоятельств, наделяются юридической силой. Это означает, что существенными признаками, элементами юридического состайа сделки надлежит считать правовую цель и направленное на желаемый правовой результат изъявление воли.

--88--

Указанные правовые признаки состава сделок сами по себе недостаточны для реализации интереса, побудившего субъекта использовать правовую форму в виде сделок. Отсутствие других юридических характеристик не обеспечит выполнение сделками роли правового регулятора отношений между субъектами права и может породить противоречия между интересами отдельного лица и других субъектов права. В таком случае функциональное назначение права как регулятора общественных отношений не будет выполняться. Следовательно, законодателю необходимо придать правовой статус иным характеристикам социальной основы сделок и таким образом сформировать иные существенные признаки юридического состава сделок. Эти характеристики действия должны, по меньшей мере, потенциально обеспечивать равновесие для удовлетворения интересов субъекта права.

Итак, вторая группа свойств состава сделки характеризуется прежде всего наличием свойства действия лица, состоящего в его непротиворечии интересам других лиц и, следовательно, публичным интересам. Это свойство можно назвать равновесием интересов в действии. Необходимость обеспечения равновесия интересов в праве означает, что данное свойство трансформируется в ранг признака юридического состава сделки. Право беспристрастно в том смысле, что служит равной мерой для всех лиц. Это означает, что справедливость, учет интересов других лиц достигаются посредством права через непротиворечие действий лица нормам действующего права. Поэтому вполне уместно признак действия, состоящий в непротиворечии его интересам других лиц, фиксировать в праве термином правомерность.

«Правомерность — соответствие явлений социальной жизни (деятельности или результатов деятельности субъектов права) требованиям и дозволениям содержащейся в нормах права государственной воли»[16]. «Критерием определения степени правомерности служит степень соответствия реальных действий, поступков людей, заложенных в нормах права поведенческим моделям»[17]. Правомерный суть «внутренне оправдываемый, закономерный, основанный на праве»[18]. Следовательно, учитывая, что правомерность есть свойство правомерного[19], можно утверждать, что при отсутствии требований и дозволений установленного образца правомерность будет состоять в соответствии явлений социальной жизни общим принципам права.

Право представляет собой одно из средств обеспечения справедливости в общественных отношениях. Значит, и правомерность выступает в качестве средства достижения справедливости, т. е. категории «правомерность» и «справедливость» нельзя рассматривать как идентичные. Правомерность и справедливость характеризуют опосредуемые правом социальные феномены с различных точек зрения. Право идеально отражает реальную действительность, а потому в любом случае абсолютно точного выражения в нем явлений социальной жизни быть не может. Следовательно, будучи правовым средством обеспечения справедливости, категория «правомерность» не может всегда адекватно отражать свойство действия, состоящее в непротиворечии действия лица интересам других лиц. Такая возможная неадекватность обусловлена объективными причинами, самой природой права, а по-

--89--

тому отказываться от использования признака правомерности, социальной базой которого служит равновесие интересов в действиях, а правовой — обеспечивающие равновесие интересов в праве принципы гражданского права, нет никаких оснований. Важно сохранение смысловой однозначности между социальной и правовой характеристиками рассматриваемых категорий. На наш взгляд, термин «правомерность» сохраняет смысловую однозначность со своей социальной основой.

Действие - не изолированное явление действительности, оно связано с другими социальными феноменами. Взаимосвязанность как свойство действия выступает социальной основой еще одного признака юридического состава сделки. Сделка как правовое явление непосредственно порождает установленную законодательством обязанность ее субъекта действовать определенным образом в будущем, в чем и проявляется ее правовая значимость. Например, устроитель конкурса или субъект, публично обещавший награду, всегда связан своим обязательством и отказаться от него может только при определенных условиях. Этот признак можно именовать признаком юридической связанности (юридической значимости).

По вопросу о включении мотивов в состав сделок и квалификации их в качестве существенного признака сделок в науке нет единства мнений. Большинство ученых не признает за мотивом юридического значения[20]. Так, В. П. Шахматов полагал, что мотив не входит в состав сделки, так как «является определенным психологическим обоснованием и оправданием ее совершения»[21]. По мнению О. А. Красавчикова, безразличность мотивов для права объясняется тем, что они остаются в сознании лица и не получают своего объективного выражения в его действиях[22]. Ф. С. Хейфец пишет: «Безразличное отношение к мотивам сделки связано с тем, что они не входят в содержание сделки (за исключением условных), а распознание и оценка их очень трудна. Гражданский оборот стал бы слишком затруднителен и неустойчив, если бы можно было оспаривать сделку ввиду того, что мотивы ее не оправдались»[23]. А. М. Белякова отмечает, что «учет мотивов подрывал бы устойчивость гражданского оборота»[24]. Представляется, что позиция названных цивилистов в принципе верна, однако их аргументация недостаточна.

Сам по себе факт того, что мотив есть психологическое обоснование сделки, не может быть доводом в пользу непризнания за ним юридического значения. Цель как явление психики человека тоже представляет собой определенное психологическое обоснование сделки. Мотив не только остается в сознании лица, но может отразиться и в целях действия[25], т. е. объективироваться в сделках. Однако учет мотивов в сделках не столько влек бы за собой дестабилизацию гражданского оборота, сколько вообще бы исключил возможность использования сделок как правовых средств в гражданском обороте. Думается, основная причина невключения мотивов в состав сделок состоит в следующем. Если возникший в результате борьбы мотивов доминирующий мотив признать необходимым элементом состава сделки, то

--90--

право неизбежно должно будет учитывать в качестве обязательного элемента ее состава и тот сугубо личностный смысл, который субъект вкладывает в сделку при ее совершении. Ведь «сознательный смысл выражает отношение мотива к цели»[26]. Однако право в качестве необходимого элемента личностный смысл учитывать не может, ибо по своей природе является применением равной меры к различным лицам.

Таким образом, мотив не учитывается в составе сделок не потому, что он служит психологическим обоснованием сделки, а потому, что учет его при условии, что в сделках существенное значение придано цели, приведет к искажению сути сделок как правового явления. Вместе с тем мотив выступает социальной составляющей наличия правовой цели как существенного признака сделки.

В литературе высказана точка зрения, согласно которой мотивы входят в состав условных сделок[27]. Данное утверждение представляется ошибочным, поскольку не принимает во внимание различие условия и мотива. Условие - это конкретное обстоятельство, с наступлением или ненаступлением которого связаны определенные правовые последствия. Условная сделка приобретает юридическую силу уже в момент ее совершения, но возникновение прав и обязанностей либо прекращение их откладывается на неопределенный период, т. е. условие относится к стадии реализации или прекращения сделки, а не к стадии ее совершения. Условие есть тот факт, который вместе со сделкой образует юридический состав, достаточный для возникновения, изменения или прекращения гражданских правоотношений.

Итак, анализ волевого процесса в сделке позволят определить существенные признаки сделок. Вычленение свойств действия как социальной основы юридического состава сделки путем утверждения необходимых и достаточных его признаков отграничивает сделку от иных социально значимых актов поведения. Образованные взаимодействием элементов, сторон сделки правовая цель, направленная на желаемый правовой результат изъявление воли, правомерность и юридическая связанность (значимость) как существенные признаки сделки в результате своей взаимосвязи и взаимодействия формируют сделку как правовое явление и позволяют устанавливать другие нормативные режимные требования к ним. Благодаря этому сделка выступает в гражданском обороте в качестве средства индивидуального регулирования общественных отношений. Использование указанной правовой формы дает возможность осуществлять правовое регулирование социальных связей в соответствии с принципами гражданского права и присущими ему методами.

--91--

 

 



[1] Психология: Словарь. М, 1990. С. 94.

[2] Маклаков А. Г. Общая психология. СПб., 2003. С 383.

[3] Павлов И. П. Двадцатилетний опыт объективного изучения высшей нервной деятельности (поведения) животных. М., 1973. С. 45-56 и след.

[4] Запорожец А. В. Развитие произвольных движений. М., 1960. С. 272.

[5] Леонтьев А. Н. Проблемы развития психики. М, 1981. С. 400.

[6] Филиппов М. М. Понятие воли в советской психологии. Опыт определения воли // Проблемы методологии и
логики. Томск, 1967. С. 213 и след.

[7] Большая Советская Энциклопедия. 2-е изд. М., 1951. Т. 9. С. 71.

[8] Философский словарь / Под ред. М. М. Розенталя. М, 1975. С. 67.

[9] Щербаков А. И. Волевые процессы и свойства личности. Л., 1963. С. 6.

[10] Психология: Словарь. С. 62.

[11] Селиванов В. И. Избранные психологические произведения (воля, ее развитие и воспитание). Рязань, 1992. С. 8.

[12] Ковалев С. М. Воспитание и самовоспитание. М, 1986. С. 139.

[13] Психология: Словарь. С. 62.

[14] Там же. С. 415; Леонтьев А. И. Указ. соч. С. 390-396, 552-557.

[15] Покровский И. А. Основные проблемы гражданского права. М., 1998. С. 245.

[16] Большой юридический словарь. М, 2001. С. 466.

[17] Марченко Н. М. Правомерное поведение // Рос. юрид. энцикл. / Под ред. А Я. Сухарева. М, 1999. С. 758.

[18] Ожегов С. И. Словарь русского языка. М., 2003. С. 744.

[19] Словарь современного русского литературного языка. М, 1961. Т. 11. С. 32.

[20] Красавчиков О. А Юридические факты в советском гражданском праве. М., 1958. С. 15; Шахматов Б. П. Составы противоправных сделок и обусловленные ими последствия. Томск, 1967. С. 80.

[21] Шахматов В. П. Сделки, совершенные с целью, противной интересам государства и общества. Томск, 1966.
С. 16.

[22] Красавчиков О. А. Указ. соч. С. 15.

[23] Хейфец Ф. С. Недействительность сделок по российскому гражданскому праву. М, 2000. С. 17.

[24] Советское гражданское право / Под ред. В. П. Грибанова, С. М. Корнеева. М., 1979. С. 220.

[25] Леонтьев А. Н. Указ. соч. С. 301.

[26] Леонтьев А. Я Указ. соч. С. 300.

[27] Хейфец Ф. С. Указ. соч. С. 17.

 

Добавлено: 2010-09-22

 

Комментарии

Внимание! Комментарии могут добавлять только зарегистрированные пользователи! Вам необходимо авторизироваться через панель авторизации, которая находится справа. Если Вы еще не зарегистрированы, то, пожалуйста, пройдите регистрацию.

 


Правовая газета Статус

Совершенствование гражданского законодательства



Обновление: 09.07.2015



Система Orphus

 

УрО РШЧП

 

 

Советы по макияжу для женщины-юриста  

 

 

© 2014. Вербицкая Ю.О.

Rambler's Top100